30dff957     

Морочко Вячеслав - Хотел Бы Я Знать



Вячеслав Морочко
"ХОТЕЛ БЫ Я ЗНАТЬ..."
Предвидеть катастрофу не удалось. Когда несущиеся во мраке титанические
обломки погибшего мира прошили систему Голубой звезды, жаркая планета
Рубин сместилась с орбиты и за каких-нибудь несколько дней превратилась в
ледяную пустыню. Только в горах, накрытых завесой пурги, блуждали два
огонька. Это были фары сбившегося с пути транспортера. Выбравшись из-под
обвала, машина уже много дней нащупывала выход из лабиринта скал. Глыбами,
сорвавшимися в момент катастрофы, был разбит кормовой отсек, где
помещалась радиоаппаратура. Вышел из строя гироскопический компас. Он стал
давать ложные показания раньше, чем это обнаружилось - три человека в
кабине оказались без связи с базой, без данных о местонахождении. Легкий
транспортер с негерметичной кабиной, набор тонизирующих средств из
бортовой аптечки и подогретый питательный бульон - это все на что они
могли рассчитывать. Внутри кабины - минус двадцать градусов по Цельсию,
снаружи - вдвое больше, плюс шквальный ветер со снегом. Не надо объяснять,
как мало пригодно тропическое снаряжение в условиях полярной зимы: шорты,
безрукавки, летние комбинезоны, походные одеяла и спальные мешки,
предназначенные скорее для защиты от насекомых, чем от лютого холода.
Объезжая препятствия, транспортер упрямо шел сквозь пургу. И пока машина
еще могла двигаться, три человека не теряли надежды.
Имант был старшим тройки биологов, исследовавших тропическую флору
планеты. На нем лежала ответственность за судьбы товарищей. Сжимая руль
транспортера, он до боли в глазах всматривался в освещенное фарами
пространство, чтобы вовремя разглядеть впереди пасть расщелины.
Когда наступало время передавать управление Петеру, Имант откидывался на
сидении; кристаллики инея, поднятые движениями людей, медленно оседали,
кружились в воздухе, и также неторопливо мысли человека возвращались в
привычное русло. В который уж раз он думал о СОД. Всю жизнь биолога манили
к себе далекие звезды, но ради СОД, ради осуществления этой последней
своей идеи, он возвратился на Землю и целый год проторчал в биоцентре.
Из очередной экспедиции Имант привез споры быстрорастущих водорослей ХИУ и
занялся целевой коррекцией их свойств. Все, над чем эти месяцы бился он со
своими ассистентами, умещалось в маленьком тюбике со споромазью. Стоило
каплю этого вещества нанести на поверхность человеческой кожи, как все
тело покрывалось тончайшей пленкой, состоящей из живых волокон. Еще минут
через тридцать образовавшийся волокнистый покров отделялся от кожи и
обретал замечательную термореактивность: при нагревании становился тонким
и проницаемым, при охлаждении расширяясь, уподоблялся пуху и сам начинал
выделять тепло. Именно эта парадоксальная реакция на температуру привлекла
внимание биолога к водорослям ХИУ. Однако по мере того, как работа
подходила к концу, он все больше к ней остывал, представляя себе, как
жалко выглядит споромазь "на общем фоне достижений человечества".
* * *
Когда руководство выделило Иманту двух ассистентов, он в первый же день
учинил им экзамен: спрашивая, глядя в лоб, "казалось бы элементарные
вещи",. Молодые люди, или мямлили вздор или вовсе молчали. Поражаясь,
сумбуру который царил у них в головах, Имант устроил скандал на ученом
совете: по тому, каких ассистентов он получил, уже можно было судить, как
относятся в Центре к его разработке. Услышав про трудности с кадрами, он
заявил: "Нет кадров и эти "два друга" тоже - не кадры! Обойдусь киберами!"




Назад