30dff957     

Мустейкис Алекс - Миражи, Третье Тысячелетие



Алекс МУСТЕЙКИС
МИРАЖИ. ТРЕТЬЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ.
1. Вечный Город.
Пустыня.
Красная, выжженная солнцем однообразная равнина простирает-
ся во все стороны до самого горизонта. Легко поверить, что она
бесконечна во времени и в пространстве, что весь мир - это бес-
крайние ряды барханов, тишина и белесое, обесцвеченное лучами
солнца небо. Кажется, что пустыня была такой же миллионы лет на-
зад, и еще не один миллион лет пребудет такой же - без малейше-
го намека на воду и кипение жизни. Лишь ветер, завывая, срывает
красный песок с вершин песчаных гор и горстями швыряет вниз. Пе-
сок течет темными змейками, и, останавливаясь, мгновенно сливает-
ся с неподвижными склонами барханов. Ветер дует постоянно, он
подгоняет стада песчаных гор, - и те ползут, медленно исчезают в
одном месте и возникают в другом. Если воспринять ритм этого не-
заметного глазу движения, можно увидеть, как бурлит песчаное мо-
ре, как катятся по его поверхности песчаные волны, образуя песча-
ные водовороты, как бушуют песчаные шторма и бури в десятилетия
особо сильных ветров. Нет только берегов, в которые бы бился пес-
чаный прибой. И нет ничего постоянного в этом мире красного пес-
ка. Кроме самой пустыни. Кроме палящего солнца на выцветшем небе.
Кроме сухого ветра, несущего красную пыль. Воздвигнутся и падут
города, расцветут и скроются в глубине лет целые цивилизации, -
а на часах пустыни не пройдет и секунды. Здесь, среди безжизнен-
ных песчаных волн, соединились в одно целое вечное и эфемерное,
слились мгновения и тысячелетия.
Шуршит пересыпаемый ветром красный песок вечности. Над ги-
гантскими песочными часами Вселенной звучит шепот безвременья.
Дорога.
Светло-серая бетонная полоса протянулась от горизонта до го-
ризонта, одним резким движением перечеркнув плавные линии пусты-
ни. Это вызов вечности и равномерности песчаного океана. И вот
уже струится по бетонному полотну красная поземка. Как будто еще
мгновение, - и пустыня поглотит дорогу, на пока этого не случи-
лось, дорога стремится вдаль, догоняя заходящее солнце. Воздух
над ней струится и переливается, и в призрачном его дыхании воз-
никают мираж. В один миг над дорогой встают небоскребы, плывут
среди громад айсбергов корабли, еще дальше - зеленые поля с яр-
кими пятнами цветов, кипящие потоки водопадов, заросли тропичес-
кого леса, а за всем этим - еще нечто незаметное, неразличимое
перед плывущим в небе красным солнцем, - словно звездное небо
или мерцающие огни далеких городов. И вдруг исчезает бесконечная
замкнутость пустыни. Эти миражи - как напоминание о том, что су-
ществует и другой мир, живущий по иному времени и по иным зако-
нам. И бессмысленности вечного существования пустыни противопос-
тавлен краткий миг стремления к неясным целям, лежащим далеко за
горизонтом.
Но миражи легко сдуваются ветром и растворяются в светло-го-
лубом небе...
Автомобиль.
Он синей молнией мчится по дороге, рассекая воздух пустыни.
Это то, чего до сих по дороге не доставало - реальное движение.
Стремление дороги умножено мощью мотора, и миражи с каждой секун-
дой становятся все ближе и ближе, пока вдруг не исчезают и не
появляются вдали вновь - еще более прекрасные, еще сильнее зову-
щие к себе. де-то впереди, за горизонтом, находится цель путешес-
твия. Ее пока не видно, и только возникающие перед автомобилем
видения говорят о том, что она есть. Автомобиль пронзает колышу-
щиеся призраки, он несется к самой далекой из видимых целей - к
той точке на горизонте, где бето



Назад